Данная пара объектов представляет собой один из самых драматичных и мрачных вариантов кубиков в творчестве Риммы Герловиной. Возможная зрительская манипуляция заключается в необходимости приподнять крышку черного кубика с надписью «Могила» для того, чтобы достать кубик меньшего размера — «Я уже умер». По мнению автора, такое расположение объектов одного в другом эквивалентно внутреннему монологу, абсурдному в случае рассуждения о свершившемся факте собственной кончины. Процесс вынимания кубика может быть сродни воскрешению — ситуации одновременного нахождения между присутствием и не-присутствием. Вместе с тем он отражает возможность осознания себя и собственной смерти благодаря рассуждению от первого лица.