Появление группы «Мухомор» на карте московского неофициального искусства в конце 1970-х годов обозначило новый этап взаимодействия молодых художников с устоявшейся художественной системой. Будучи нонконформистской по определению, она, как и любая система, к этому периоду обрела собственную иерархию, что не могло не стать мишенью молодых провокаторов, ворвавшихся в художественное сообщество, чтобы испытать его на прочность.

Художник, основатель группы «Коллективные действия» Андрей Монастырский пользовался безусловным авторитетом среди коллег и обладал статусом одного из лидеров художественного сообщества, что не скрылось от взгляда «мухоморов», сделавших «особое положение» Монастырского частью своей изощренный игры. Например, пародируя акционную практику «Коллективных действий», информация о которой распространялась в узком кругу, молодые художники пытались вовлечь Монастырского в собственные «секретные» акции, подсовывая записки со сценарием ему под дверь. Запечатленный на рисунке Свена Гундлаха визит к Монастырскому в компании коллеги по группе Владимира Мироненко, напоминающий сеанс эзотерической практики, отсылает к увлечению Монастырского восточной философией и дзен-буддизмом. Трудноуловимые для не вовлеченных наблюдателей акций «КД» сюжеты, собственная, часто основанная на заимствованиях из философии, терминология, делающая практику группы практически герметичной, дает повод для сравнения визита молодых художников к «гуру» концептуализма с опытом приобщения к высшим духовным сферам, обозначенным Гундлахом схематично в виде воспаряющих к звездам энергий.