К середине 1970-х годов Пивоваров формулирует лирическую теорию «одинокого человека», остающуюся одной из сквозных тем в его творчестве. Художник объясняет внутреннее состояние своего лирического героя как «сознательное одиночество»: человек общается с другими людьми, участвует в социальной жизни, но остается одиноким, делая этот выбор осознанно. В 1975 году художник создает «Проекты для одинокого человека» — серию живописных композиций, напоминающих таблицы и наглядные пособия, в которых Пивоваров описал распорядок дня, планировку квартиры, предметы обихода и даже сценарий жизненного пути своего героя. Монотонность плотной, лишенной нюансов цветовой плоскости композиции «Длинная шея» нарушают два пространственных разрыва, в которых раскрывается «сюжет». Композиция отсылает к найденным в «Проектах» формулам. Так, в центральном «кадре» узнаются предметы обстановки из этого проекта (стол, диван, картина на стене, венский стул), но еще более — «магриттовский» ландшафт за окном, в точности повторяющий пейзаж на стене слева, один из «матричных» мотивов «Проектов». Сидящий за столом человек, не вступающий в контакт со зрителем, своим присутствием не меняет ощущение необжитого пространства: впечатление стерильности пустой комнаты усиливает и холодный колорит, построенный на вариациях серого и голубого. Погрудный срез приближенной к первому плану фигуры в клетчатой рубашке придает композиции в целом сходство с кадром фотографии 3х4, как правило использующейся для личных документов. Подобный прием становится одним из способов вести повествование от первого лица, не используя ни персонажа, заменяющего автора, ни его автопортретные черты.