Художник, скульптор, искусствовед, поэт. Родился в 1928 году в Париже. В 1936 году вместе с семьей вернулся в СССР. В 1944–1947 годах учился в Московском художественном училище. В 1949–1952 годах брал частные уроки живописи у Роберта Фалька. В 1952 году окончил Московский государственный педагогический институт. В 1950– 1960-е годы работал в Институте теории и истории изобразительных искусств, опубликовал ряд научных трудов по искусству Индии и Юго-Восточной Азии. С 1958 года участвовал в выставках. В 1971 году эмигрировал в Великобританию. В 1972–1974 годах работал как художник-резидент, а затем научный сотрудник факультета изящных искусств Университета Лидса. В 1977 году участвовал в «Диссидентской биеннале» в Венеции. В 1977–1978 годах работал в Париже. Находясь в эмиграции, занимался популяризацией творчества своего отца, композитора Сергея Прокофьева, перевел и издал его дневник и другие сочинения. В 2010 году в Третьяковской галерее прошла выставка Олега Прокофьева «Возвращение». Жил и работал в Лондоне, Великобритания. Олег Прокофьев — одна из интереснейших фигур неофициального художественного сообщества 1950–1960-х годов. Период его творческой активности охватывает вторую половину XX века и далее — Прокофьев плодотворно работал вплоть до 1990-х годов, однако именно его московский период, выпавший на 1950–1960-е годы, стал принципиальным явлением в истории становления советского неофициального искусства. Сын выдающегося русского композитора Сергея Прокофьева и оперной певицы Лины Кодины провел ранние годы в Париже. В 1936 году родители будущего художника приняли решение вернуться в Россию. В начале 1950-х годов, будучи студентом Московского педагогического института и выпускником художественного училища, Прокофьев берет уроки у Роберта Фалька — участника объединения «Бубновый валет», ставшего для поколения «шестидесятников» живым проводником идей искусства начала ХХ века. Ученичество у легендарного мастера стало отправной точкой собственных творческих экспериментов Прокофьева и привело его в круг московских нонконформистов. Его ближайшими соратниками стали Владимир Слепян, Юрий Злотников, Борис Турецкий — художники, последовательно исследовавшие языки беспредметного искусства.

Картина развития российской абстракции этого периода во многом определялась знакомством с актуальным западным искусством. Выставки в рамках VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов 1957 года и Американская национальная выставка 1959 года впервые открыли советскому зрителю имена Джексона Поллока и Пита Мондриана, предложив панораму новых стилей, оказавших влияние на многих художников неофициальной сцены. Олег Прокофьев не стал исключением: на рубеже 1950–1960-х годов он пробовал силы в лирической и геометрической абстракции, создавал композиции, вдохновленные работами Хоана Миро, и экспериментировал с возможностями абстрактного экспрессионизма. К этому периоду относится его абстрактная серия «Серийная живопись» (конец 1950-х – начало 1960-х). Выстраивая композицию наподобие модульной ячеистой сетки, художник использовал сочетание контрастных цветов, которое создает ощущение подвижной, вибрирующей поверхности. Контраст, усиленный точечным повторением цвета соседней фигуры в центре отдельных элементов, порождает визуальный эффект их попеременного выхода из плоскости, превращая статическую комбинацию форм в динамичную среду. Эти опыты Прокофьева оказываются созвучны работам современных ему художников оп-арта, также экспериментировавших с цветом и геометрией для достижения иллюзии движения. Вскоре, к середине 1960-х годов, Прокофьев обратился к тональной фигуративной живописи, построенной на тонко нюансированных, сближенных оттенках цвета, в которых очертания предметов растворяются, теряя жесткость, однако абстракция осталась лейтмотивом его творчества. После трагической гибели его супруги, британского искусствоведа Камиллы Грей, в 1971 году художник эмигрировал в Англию, где продолжил работу, и одним из новых для Прокофьева направлений станет скульптура. «Конструктивистско-органическая скульптура» этого периода, составленная из окрашенных в локальные цвета геометризованных элементов, стала продолжением его ранних опытов экспериментального формообразования.