«Чтобы попробовать разобраться в том, какое значение имеет для меня двойка на чувственном или образном уровне, нужно обозначить некоторые моменты. Несмотря на отсутствие оснований называть порядок двоек языком, я, однако, попытаюсь назвать их языком, в противовес компьютерному языку, состоящему из цифр 0 и 1, а также человеческому языку, состоящему из букв и интонаций. Двойку я использую как знак, в который вкладываю все: цифры, слова и изображения. Из-за эмиграции я все еще чувствую онемение. Находясь между правыми и левыми, между патриотами и ненавистниками родины, я вижу только борьбу за власть, борьбу за первенство. Не принимаю никого из них, я не верю ни в какие государства, сообщества, комьюнити, культы первенства. Я осознано выбираю двойку как слабую позицию. Как Donna Haruey говорила про слабость, как Ницше говорил про слабость, как Малевич рисовал черный квадрат, так и я ставлю "два". И тем нелепее выглядит мой текст, так как он объясняет языком, что значит "два".
На этих картинах изображены два взгляда на Швейцарский пейзаж, но оба взгляда мои: первый предстает в виде классического Апензеллер Арт с идиллическим пейзажем, однако вместо фермеров мы видим художников, которые рисуют двойки. Они как будто все сошли с ума и как сломанные машины продолжают чеканить двойки. Или художник сошел с ума, как в фильме "Сияние". Или это реальная картина современного искусства или швейцарского современного искусства (пейзаж ведь Швейцарский), где все делают одно и то же — что вовсе не плохо на мой взгляд, ведь в этом нет духа первенства, а есть дух вторичности. Возможно, я просто спасаюсь за двойкой. На второй картине тот же пейзаж, только художники в нем заняты другим делом. Когда я смотрю на великолепные пейзажи Швейцарии, у меня перед глазами мои родные Уральские пейзажи, такие же красивые, только изуродованные индустриализацией и токсичными производствами. Я смотрю здесь на красивые медные водостоки, крыши, подоконники и вспоминаю свой дом, а рядом с ним отравленная речка, в которой нельзя плавать. Я думаю об этом и мне хочется взрывать рельсы и блокировать заводы» (Виталий Черепанов).