1960-е годы в творчестве Владимира Янкилевского стали временем сложения его авторской знаковой системы. Янкилевский начинает работать сериями, исходя из убеждения, что мир не может быть описан однозначно, — только через множество ракурсов, вариаций, «стереоскопических» образов: «Описывая живой, меняющийся мир, художник создает его художественный образ, — утверждает он, — который не только воссоздает картину живых отношений, происходящих в мире, но и выражает к ним отношение наблюдателя». Стремление увидеть мир как целое, как взаимосвязанную систему, подчиненную единым законам, приводит его к поиску универсального пластического языка, способного передать сложность и многомерность бытия.

Одной из центральных для художника становится дихотомия мужского и женского начал, понимаемая им как одна из фундаментальных форм мировой гармонии. В графических композициях конца 1960-х годов он разрабатывает пластические средства, выражающие различие этих двух сил: женское начало связывается с природной, телесной стихией, мужское — с духовной, организующей. Напоминающие архаические монументы схематизированные фигуры в работах Янкилевского этого периода, составленные из сочетания разнородных элементов — биоморфных или же восходящих к языку физических схем, векторов и условных геометрических обозначений, — предстают не столько изображением конкретного человека, сколько моделью взаимодействия полярных сил, своеобразной формулой единства противоположностей.