Современный российский художник, скульптор, автор паблик-арт объектов. Родился в Москве в семье художников; сын художника Льва Повзнера. С 1993 по 1997 год учился в Российской академии живописи, ваяния и зодчества, факультет скульптуры. В 1999 году окончил МГХИ им. В.И. Сурикова, факультет скульптуры. В 2009 году окончил Институт проблем современного искусства. В 2010 году был куратором проекта «Интимный капитал» в рамках Московской международной биеннале молодого искусства «Стой! Кто идет?». В 2014 году представил проект «Не Музей» в рамках параллельной программы «Манифеста 10» в Санкт-Петербурге. В 2015 году в рамках 6-й Московской биеннале показал проект «Нет времени». В 2016 году прошла персональная выставка «Дураки» в Музее Вадима Сидура в Москве. В 2017 году художник принял участие в Триеннале современного российского искусства в Музее современного искусства «Гараж».

Творчество Александра Повзнера — это размышление о скульптуре в различных медиумах: гипсе, бронзе, рисунках на бумаге. Почти всю историю человечества скульптура была связана с поддержкой власти, светской или религиозной. Советская скульптурная традиция воспроизводила и укрепляла государственную идеологию. Художники соц-арта иронизировали над официальной скульптурой, но по-настоящему деполитизировать ее стало возможно уже в демократической России. Вместо единственного понимания скульптуры и ее назначения, свойственного прежним эпохам, художник практически в каждой работе задается вопросом: «Что такое скульптура?». Повзнер деконструирует не только пластический язык скульптуры, но и ее назначение, причем деконструкция не имеет определенной конечной цели. В раннем концептуализме Кабакова возникает концепция «плохой вещи» как продолжение несовершенного советского быта. Кабаков несовершенство обратил против политической системы и производимого ею понимания искусства. Несовершенство скульптуры Повзнера — это намеренное избегание товарного вида, предполагающее, что в скульптуре можно увидеть нечто большее, чем товар. Скульптура теряет свои фетишистские свойства, дистанцируясь и от «большого искусства», и от рынка. Скульптуре в современном обществе больше не требуется выражать общие ценности понятным всем языком. Эту роль теперь играет унифицированное массовое производство. Массовому производству противостоит единичное кустарное производство — брелоки, сувениры, зажигалки и тому подобное. С точки зрения художественного языка — это идиолекты, которые исследует и использует Повзнер. В античности слово «ἴδιος», от которого происходит «идиолект», обозначало «собственный», «личный» или «отличный». От этого же слова происходит «ἰδιώτης» — в Древней Греции так называли граждан, живших в отрыве от политической жизни общества. В скульптурах из серии «Дураки» идиолектичность художественного языка свергает скульптуру с пьедестала, позволяя широкому кругу людей ассоциировать себя с персонажами. Скульптуры Повзнера оборачивают отрыв от политически и экономически приемлемого искусства в орудие эмансипации. В повороте к частному, в невозможности стать ни товаром, ни пропагандой и есть возвращение скульптуры к по-настоящему народной политике и искусству.